Дело №25(ОН)D: куда исчез витамин D?

На столе у следователя — анализ крови.

25(ОН)D снижен.

Владелец анализа возмущён: «Как так? Всё лето было солнце, две недели на море. Витамин D должен быть на месте».

Что ж. Начинаем расследование.

Первая версия — витамин D просто забыли съесть.

Но с ним всё не так просто. Значительная его часть может образовываться прямо в коже под действием ультрафиолета. В пище он тоже есть — например, в жирной рыбе и яичном желтке, — но обычным рационом получить большие количества непросто.

Значит, проверяем алиби солнца. 

Солнце действительно было. Но где в это время находились мы?

Дом, машина, офис, магазин, снова машина. Даже летом кожа может видеть солнце гораздо реже, чем нам кажется. А солнечное место у окна не считается: стекло почти не пропускает UVB-лучи, необходимые для образования витамина D.

«Но море-то было!»

Было. Однако две недели отпуска не превращаются автоматически в годовой запас. Имеют значение исходный уровень витамина D, время на солнце, площадь открытой кожи, сезон и солнцезащита.

SPF уменьшает количество UVB, достигающего кожи, и тем самым снижает кожный синтез витамина D. Но отказываться от солнцезащиты ради витамина D нельзя: ультрафиолет повреждает кожу и повышает риск рака кожи. Если витамина D не хватает, безопаснее восполнять его другим способом, а не дополнительными часами без SPF.

След ведёт дальше.

В деле появляется ещё один фигурант — жировая ткань.

У людей с ожирением концентрация 25(ОН)D в крови нередко ниже. Иногда говорят, что витамин просто «прячется в жире», хотя механизм сложнее и связан с особенностями его распределения и обмена в организме.

Есть и другие версии: витамин D поступает, но плохо всасывается. Такое возможно при некоторых заболеваниях кишечника и состояниях с нарушением всасывания жиров. Повлиять на его обмен могут и некоторые лекарства.

И тут обнаруживается занятная деталь. 

Почему анализ называется именно 25(ОН)D?

Потому что 25-гидроксивитамин D — основная форма, по которой оценивают обеспеченность организма витамином D.

Есть и другая — 1,25(ОН)₂D, биологически активная. Казалось бы, логичнее измерять её. Но для обычной оценки запасов она не подходит: организм строго регулирует её концентрацию, поэтому даже при дефиците витамина D показатель некоторое время может оставаться нормальным.

Есть у этого дела и ещё одна сложность: пропажу можно вообще не заметить.

Низкий уровень витамина D не обязательно даёт характерные симптомы. Усталость, сонливость и слабость встречаются при десятках других состояний, поэтому по самочувствию определить уровень 25(ОН)D невозможно.

Так куда же исчез витамин D?

Обычно никакой загадочной пропажи не было. Его могло меньше образовываться в коже, недостаточно поступать или всасываться, на уровень могли повлиять особенности обмена, заболевания или лекарства.

И дальше начинается уже не лабораторная, а клиническая часть расследования. Врач уточнит, как человек питается, сколько бывает на солнце, есть ли заболевания ЖКТ, ожирение, какие препараты он принимает — и попробует понять, что именно могло повлиять на результат.

А уже после этого решит, нужна ли коррекция и в какой дозе. В хорошем расследовании мало обнаружить пропажу — нужно найти причину.

23 сентября 2026